Доминикана, марина: первый океанский троллинг за дорадо и барракудой на январской волне
Рыбалка в Доминикане
Ловля с катера на спиннинг - напишите, чтобы узнать подробнее:
Подробная информация об отзыве:
Фото: 5
Просмотров: 1.3K
Дата: 07.01.2020
Автор:
Отзыв о туре:
Честно говоря, когда в марине стали выкладывать добычу, я сам удивился: за день вышло 23 рыбы. Двадцать одна из них - дорадо, еще две - барракуды. Три самых увесистых экземпляра потянули примерно на 10-13 кг, остальные были от четырех килограммов и выше. Было еще три схода, и один из них особенно зацепил: крупная рыба уже почти подошла к борту, упиралась по-взрослому, а в последний момент сошла. Обидно, конечно, поругался от души. Но после такой качки и с учетом того, что часть лодок вообще вернулась, жаловаться было смешно. Мечты о морских великанах остались мечтами, зато рыба была, борьба была, и домой мы добрались не с пустыми руками. Когда весь улов лег перед нами, цифры уже не казались главным. Просто стало видно, сколько раз за день пришлось собираться, терпеть волну и снова брать снасть в руки.
В первые дни января 2020 года у нас с женой наконец случился отпуск вдвоем в Доминикане, без детей. Я давно и основательно болею карповой ловлей, поэтому лежать весь отпуск на берегу не планировал: захотелось впервые выйти в океан и попробовать себя там. На сборы посмотрел привычным карповым взглядом и набрал столько добра, будто собрался автономно жить на воде: еду, аптечку, полотенца, фото- и видеокамеры, штативы, аквабоксы, маски, ласты, запасную одежду. Все влезло только в здоровенный дорожный чемодан. На пляже эта картина выглядела особенно комично: народ косился на наш розовый багаж так, словно мы не на катер собрались, а переезжать в океан. Жена только смеялась над этим хозяйством, а я все равно проверял, ничего ли не забыл. Оказалось, что в океане половина вещей не нужна, зато без них спокойнее.
После двух часов дня вода заметно успокоилась. Мне к тому времени окончательно стало легче: кофе, выпитый утром на пустой желудок, все-таки попросился наружу, а потом я растянулся на палубе и вырубился. Жена, в отличие от меня, держалась железно, спокойно общалась с экипажем и даже поела. Когда проснулся, стало понятно, что вместе со стихшей волной притих и клев. Еще походили, но прежней суеты уже не было. Около трех часов легли на обратный курс, по дороге попалась только одна случайная барракуда. Берега в тот момент еще не было видно, вокруг пустота, одна лодка где-то далеко - и этот океан совсем не похож на картинку с курортного пляжа. В тихой воде с берега трудно представить, насколько быстро меняется настроение, когда суша пропадает и остается один горизонт.
Утро началось серо: над водой висели тучи, моросил дождь, а потом выяснилось, что короткая волна в 5-6 футов для океана считается вполне рабочей. Для человека, который впервые выбирается за риф, это звучит не слишком успокаивающе. Сначала я возился с камерой и не сразу понял, как нас трясет. Потом вышел на палубу - и захотелось не ходить, а ползти, прижавшись к доскам. Казалось, что катер валится градусов на сорок сразу во все стороны. Я сел, уставился в горизонт и старался лишний раз не шевелиться. Жена же невозмутимо сидела на стуле и даже обсуждала, что будет, если лодка вдруг начнет тонуть. Ей море было нипочем, а меня укачало быстро, несмотря на таблетки: одну я принял с вечера, вторую с утра. Потом понял простую вещь: таблетки не делают из человека моряка, они лишь дают шанс не сдаться сразу.
Вообще самым сильным впечатлением остался не вес рыбы, а сам океан. До этого хотелось увидеть марлина, парусника или тунца килограммов на сто пятьдесят-двести, как в передачах. Но в тех местах тунцы не ловятся, на марлина был не сезон, а парусник в этот раз не вышел. И что теперь, считать день неудачным? Да нет. На рыбалке можно вообще остаться с нулем, а здесь нас еще и морская болезнь поджимала так, что можно было развернуться почти сразу. Вместо этого выбрались далеко от берега, половили, посмотрели дельфинов, наловили прилично. Я потом долго думал, как капитан среди валов замечал крохотные буйки и успевал вести судно. Мне такая работа непонятна, но уважения к ней прибавилось. На словах все это выглядит как прогулка между точками, а по факту за каждым разворотом были волна, курс и чужие снасти за бортом.
Схема ловли оказалась ясной, хотя все выглядело серьезно. На катере работали сразу пять мощных морских удилищ с огромными катушками. На большой крючок сажали небольшую носатую рыбку, ее длинный нос фиксировали проволокой, чтобы приманка не слетала и прыгала на волне как живая. Были и воблеры. В океане стоят буйки, причем глубина рядом с ними меняется от мелководья до 800 метров. Катер делал круги вокруг этих точек, и там рыба брала. До одного буя можно было идти пять минут, до другого - полчаса или больше. Сначала я только смотрел и привыкал к качке, а позже подсмотрел, как готовят наживку, и сам сделал несколько таких приманок. После карповых снастей все казалось огромным, но в руках работало понятно. Живец на проводке вел себя так убедительно, что становилось ясно, почему хищник его замечает.
Именно у буйков чаще всего отзывалась дорадо: одна-две поклевки, потом переход, снова круг. Как только на палке начиналось движение, страх куда-то девался, оставалась только возня с сильной рыбой. Жена не отсиживалась, активно участвовала в вываживании, и ей это явно нравилось. Дорадо на палубе билась как бешеная и меняла цвет - зрелище очень странное и красивое. В какой-то момент к лодке подошла большая стая дельфинов, штук двадцать. Они ныряли рядом, крутились вокруг, устроили настоящее представление. Но задерживаться было нельзя: там, где ходят дельфины, добычи не жди. Пришлось уходить к следующей точке, хотя смотреть на них хотелось еще долго. Смешно, но после минуты рядом с дельфинами уже не думал ни об укачивании, ни о том, как высоко ходит палуба под ногами.
Дальше была самая веселая часть. У одного далекого буя помощник начал активно оживлять приманку, и почти сразу посыпались поклевки. Одна, вторая, третья - триплет. Первую рыбу еще толком не взяли, а заработали остальные снасти. Потом в ход пошли запасные палки, и подряд удалось достать шесть рыб из одной стаи. На палубе суматоха, каждый чем-то занят, все кричат, лески идут в разные стороны - вот тут я уже окончательно понял, зачем тащил с собой камеры. Капитан говорил про сорок дорадо, но и без этой круглой цифры нам хватило событий. До этого на одном из буев подходили местные рыбаки на маленькой моторке, недовольные чужими катерами рядом со своими точками. В такую волну их лодчонка выглядела совсем безумно. Их уверенность в такой посудине на этой воде меня поразила сильнее любого разговора. Я бы на ней и от марины отойти побоялся.
Вышли мы рано, в половине восьмого нас забрали от отеля и примерно через полчаса довезли до марины. До самого катера пришлось еще добираться на небольшой моторке, и шутка, что на ней мы и пойдем в море, мне тогда совсем не показалась смешной. Риф проходили из каюты, там же перед выходом объяснили главное: при перемещениях обязательно держаться и в воду не сигать, как бы ни захотелось. После рифа началась настоящая болтанка. Минут через тридцать-сорок ушли дальше от острова, потом выбрались примерно километров на двадцать от берега, к самым дальним буям. Под килем было до 800 метров, вокруг ни суши, ни привычных ориентиров. Только волна, работающие снасти и чувство, что океан здесь хозяин. Внутри каюты еще можно было делать вид, что все под контролем, а на палубе это ощущение исчезало сразу. Приходилось просто доверять тем, кто знал воду.
К вечеру, около пяти, вернулись в марину. На берегу рыбу приготовили, мы спокойно поели и потом добрались до отеля с одним желанием - спать. Так и сделали, как убитые. Позже узнали, что из вышедших в тот день лодок многие не отловились нормально: кого-то развернула морская болезнь, кто-то вообще не стал продолжать. Тогда и стало ясно, почему на горизонте почти не было конкурентов. Коленку я все-таки ободрал в каюте о покрытие, но это мелочи. Самое важное - жена выдержала океан без проблем, я понемногу освоился, и первый выход получился настоящим. Не про комфорт, не про красивые обещания, а про волну, крепкую рыбу и то ощущение, когда выбираешься на палубу и понимаешь: назад уже точно не хочется. Хотя сначала я думал только о том, как бы не упасть и не накормить океан кофе, к концу дня уже ловил себя на мысли, что такой опыт хочется повторить.
В первые дни января 2020 года у нас с женой наконец случился отпуск вдвоем в Доминикане, без детей. Я давно и основательно болею карповой ловлей, поэтому лежать весь отпуск на берегу не планировал: захотелось впервые выйти в океан и попробовать себя там. На сборы посмотрел привычным карповым взглядом и набрал столько добра, будто собрался автономно жить на воде: еду, аптечку, полотенца, фото- и видеокамеры, штативы, аквабоксы, маски, ласты, запасную одежду. Все влезло только в здоровенный дорожный чемодан. На пляже эта картина выглядела особенно комично: народ косился на наш розовый багаж так, словно мы не на катер собрались, а переезжать в океан. Жена только смеялась над этим хозяйством, а я все равно проверял, ничего ли не забыл. Оказалось, что в океане половина вещей не нужна, зато без них спокойнее.
После двух часов дня вода заметно успокоилась. Мне к тому времени окончательно стало легче: кофе, выпитый утром на пустой желудок, все-таки попросился наружу, а потом я растянулся на палубе и вырубился. Жена, в отличие от меня, держалась железно, спокойно общалась с экипажем и даже поела. Когда проснулся, стало понятно, что вместе со стихшей волной притих и клев. Еще походили, но прежней суеты уже не было. Около трех часов легли на обратный курс, по дороге попалась только одна случайная барракуда. Берега в тот момент еще не было видно, вокруг пустота, одна лодка где-то далеко - и этот океан совсем не похож на картинку с курортного пляжа. В тихой воде с берега трудно представить, насколько быстро меняется настроение, когда суша пропадает и остается один горизонт.
Утро началось серо: над водой висели тучи, моросил дождь, а потом выяснилось, что короткая волна в 5-6 футов для океана считается вполне рабочей. Для человека, который впервые выбирается за риф, это звучит не слишком успокаивающе. Сначала я возился с камерой и не сразу понял, как нас трясет. Потом вышел на палубу - и захотелось не ходить, а ползти, прижавшись к доскам. Казалось, что катер валится градусов на сорок сразу во все стороны. Я сел, уставился в горизонт и старался лишний раз не шевелиться. Жена же невозмутимо сидела на стуле и даже обсуждала, что будет, если лодка вдруг начнет тонуть. Ей море было нипочем, а меня укачало быстро, несмотря на таблетки: одну я принял с вечера, вторую с утра. Потом понял простую вещь: таблетки не делают из человека моряка, они лишь дают шанс не сдаться сразу.
Вообще самым сильным впечатлением остался не вес рыбы, а сам океан. До этого хотелось увидеть марлина, парусника или тунца килограммов на сто пятьдесят-двести, как в передачах. Но в тех местах тунцы не ловятся, на марлина был не сезон, а парусник в этот раз не вышел. И что теперь, считать день неудачным? Да нет. На рыбалке можно вообще остаться с нулем, а здесь нас еще и морская болезнь поджимала так, что можно было развернуться почти сразу. Вместо этого выбрались далеко от берега, половили, посмотрели дельфинов, наловили прилично. Я потом долго думал, как капитан среди валов замечал крохотные буйки и успевал вести судно. Мне такая работа непонятна, но уважения к ней прибавилось. На словах все это выглядит как прогулка между точками, а по факту за каждым разворотом были волна, курс и чужие снасти за бортом.
Схема ловли оказалась ясной, хотя все выглядело серьезно. На катере работали сразу пять мощных морских удилищ с огромными катушками. На большой крючок сажали небольшую носатую рыбку, ее длинный нос фиксировали проволокой, чтобы приманка не слетала и прыгала на волне как живая. Были и воблеры. В океане стоят буйки, причем глубина рядом с ними меняется от мелководья до 800 метров. Катер делал круги вокруг этих точек, и там рыба брала. До одного буя можно было идти пять минут, до другого - полчаса или больше. Сначала я только смотрел и привыкал к качке, а позже подсмотрел, как готовят наживку, и сам сделал несколько таких приманок. После карповых снастей все казалось огромным, но в руках работало понятно. Живец на проводке вел себя так убедительно, что становилось ясно, почему хищник его замечает.
Именно у буйков чаще всего отзывалась дорадо: одна-две поклевки, потом переход, снова круг. Как только на палке начиналось движение, страх куда-то девался, оставалась только возня с сильной рыбой. Жена не отсиживалась, активно участвовала в вываживании, и ей это явно нравилось. Дорадо на палубе билась как бешеная и меняла цвет - зрелище очень странное и красивое. В какой-то момент к лодке подошла большая стая дельфинов, штук двадцать. Они ныряли рядом, крутились вокруг, устроили настоящее представление. Но задерживаться было нельзя: там, где ходят дельфины, добычи не жди. Пришлось уходить к следующей точке, хотя смотреть на них хотелось еще долго. Смешно, но после минуты рядом с дельфинами уже не думал ни об укачивании, ни о том, как высоко ходит палуба под ногами.
Дальше была самая веселая часть. У одного далекого буя помощник начал активно оживлять приманку, и почти сразу посыпались поклевки. Одна, вторая, третья - триплет. Первую рыбу еще толком не взяли, а заработали остальные снасти. Потом в ход пошли запасные палки, и подряд удалось достать шесть рыб из одной стаи. На палубе суматоха, каждый чем-то занят, все кричат, лески идут в разные стороны - вот тут я уже окончательно понял, зачем тащил с собой камеры. Капитан говорил про сорок дорадо, но и без этой круглой цифры нам хватило событий. До этого на одном из буев подходили местные рыбаки на маленькой моторке, недовольные чужими катерами рядом со своими точками. В такую волну их лодчонка выглядела совсем безумно. Их уверенность в такой посудине на этой воде меня поразила сильнее любого разговора. Я бы на ней и от марины отойти побоялся.
Вышли мы рано, в половине восьмого нас забрали от отеля и примерно через полчаса довезли до марины. До самого катера пришлось еще добираться на небольшой моторке, и шутка, что на ней мы и пойдем в море, мне тогда совсем не показалась смешной. Риф проходили из каюты, там же перед выходом объяснили главное: при перемещениях обязательно держаться и в воду не сигать, как бы ни захотелось. После рифа началась настоящая болтанка. Минут через тридцать-сорок ушли дальше от острова, потом выбрались примерно километров на двадцать от берега, к самым дальним буям. Под килем было до 800 метров, вокруг ни суши, ни привычных ориентиров. Только волна, работающие снасти и чувство, что океан здесь хозяин. Внутри каюты еще можно было делать вид, что все под контролем, а на палубе это ощущение исчезало сразу. Приходилось просто доверять тем, кто знал воду.
К вечеру, около пяти, вернулись в марину. На берегу рыбу приготовили, мы спокойно поели и потом добрались до отеля с одним желанием - спать. Так и сделали, как убитые. Позже узнали, что из вышедших в тот день лодок многие не отловились нормально: кого-то развернула морская болезнь, кто-то вообще не стал продолжать. Тогда и стало ясно, почему на горизонте почти не было конкурентов. Коленку я все-таки ободрал в каюте о покрытие, но это мелочи. Самое важное - жена выдержала океан без проблем, я понемногу освоился, и первый выход получился настоящим. Не про комфорт, не про красивые обещания, а про волну, крепкую рыбу и то ощущение, когда выбираешься на палубу и понимаешь: назад уже точно не хочется. Хотя сначала я думал только о том, как бы не упасть и не накормить океан кофе, к концу дня уже ловил себя на мысли, что такой опыт хочется повторить.
Направления:
Рыбалка в Доминикане
