https://morskayarybalka.ru/reviews/tags/konakly/ Fri, 24 Apr 2026 14:40:40 MSK https://morskayarybalka.ru/photo/8327/konec-kamennoy-nasypi-konakly-i-voblery-vmesto-pilkerov/
Конец каменной насыпи я в этом отчете ставлю важнее самого отеля, потому что именно он отделил рабочую рыбалку от пустого пляжа. Автор был в Конаклы с 31 октября по 6 ноября, в Эфтилии Океан, в дальнем от Аланьи районе Конаклов. С погодой ему повезло, море держалось около 25-26 градусов, воздух около 28-29. Рыба была и клевала, но берег быстро показал, что красивый пляж перед отелем для спиннинга почти бесполезен. Первый день ушел на разведку, отводной с мелкой резиной и ныряние с маской. До 150 м от берега было очень мелко, до 2 м, а под самой поверхностью хаотично лежали каменные нагромождения. Мелкая рыба попадалась, но не в таком количестве, чтобы ради нее оставаться на пляжной линии. Главная проблема пляжа была не только в мелководье. Если приманка попадала в камни, появлялся мертвый зацеп. Если удавалось провести ее мимо камней, поклевок почти не было. Поэтому запасной вариант, присмотренный еще до поездки, стал не запасным, а основным. Если стоять от отеля лицом к морю, примерно в километре вправо видна каменная насыпь-пирс у соседнего отеля. На карте и глазами это место выглядело правильно, но доступ оказался отдельной рыбалкой еще до первого заброса. Через соседний отель не пускала охрана. Можно было идти большим крюком со спуском у реки и дальше по пляжу, либо от своего отеля прямо берегом. Короткий путь был неприятным. На нем лежали примерно тридцать метров каменюк, где легко навернуться. Автор ходил в коралловых тапках и все равно два раза падал, хорошо, что без последствий. Рядом был еще один пирс ближе к устью реки, но сама река в тот момент больше напоминала болотистую заводину. Местных там было много, ловили карасиков и кефаль, одна женщина отправляла рыбу за рыбой в садок с прикормкой. Но для спиннинговой задачи это не было показателем. На этом пирсе местные чаще махали махалками по мелочи, а две встречи с русскими спиннингистами в конце утра закончились у них нулем. Рабочий пирс имел загнутую форму. Местные, включая спиннингиста из водномоторных развлечений, ловили внутрь к берегу на глубине 2-4 м. У него, кроме баллонов, автор ничего серьезного не видел. Ему самому понравился самый конец и возможность бросать не внутрь, а прямо в море. Там глубина уже больше 10 м, и почти вся нормальная рыба проходила именно там. Часть заходила внутрь между пирсами, часть просто шла мимо по внешней стороне. Так точка перестала быть просто каменной насыпью и стала понятной схемой, конец пирса, глубина, темное утро и проходная рыба. Утренний клев начинался еще по темноте. У автора получалось стартовать примерно с шести тридцати, а последняя дельная рыба однажды была чуть после восьми. Потом оставались мелочь и баллоны, и можно было спокойно возвращаться на пляж. Самый резкий урок пришел в первую сознательную рыбалку. По темноте вышли две настоящие подводные лодки. Автор начал осторожно, со шнуром 14 lb и поводком 10 lb. Заброс воблера, два-три рывка, мощный удар и дикий рывок в сторону моря. Он зажал шпулю, спасая остаток шнура, и потерял воблер. Вторая поклевка случилась уже на рассвете, когда стало хоть немного видно. Рыба взяла, пошла в море, на мгновение выпрыгнула и показала темную толстую спину почти метрового размера. Итог вышел тем же, еще один воблер был потерян. На остатках шнура автор продолжил ловлю и все равно обловился так, что если бы не отпускал рыбу, до отеля ее было бы не донести. Взял только пять штук на пожарить, и повар в отеле справился с ними отлично. Потом автор еще раз обращался к нему, потому что свежая морская рыба с этой точки получалась вкусной и разной. Луфарь подошел целой стаей. По нему стало ясно, насколько сильные челюсти у местной рыбы. Чтобы извлечь крючок, приходилось с трудом разжимать пасть зажимом. Уже вечером автор усилил главный комплект, поставил четырехжильный шнур 25 lb и флюр 20 lb. Но те первые монстры больше не вернулись, хотя попыток было достаточно. Вечером он приходил примерно к шестнадцати часам, один раз даже к пятнадцати, и поклевки начинались почти сразу. Но как только солнце полностью скрывалось за горизонт, все выключалось. Еще светло, все видно, вечерняя зорька красивая, а рыба уже перестает брать. Тунцеобразные в этом отчете отдельная сила. Автор пишет, что они не идут ни в какое сравнение с пресноводной рыбой. Борются до последнего, на рывках тройниками рвут воблеры и самих себя, но не сдаются. Один вечер стал проверкой не только снасти, но и обратной дороги. Автор пришел на рыбалку, началась волна, за полчаса она выросла почти до шторма. Поклевок было много, почти все зачетные, вода сильно помутнела, проводка получалась не очень, но рыбу это не останавливало. Уйти пришлось меньше чем через час, потому что домой надо было идти через те самые камни, которые накрывало волнами в человеческий рост. На следующее утро вода была мутной, как река в конце апреля. Автор перекидал все, что мог, но не увидел даже баллонов, и малька под берегом тоже не было. Это был последний день отдыха, оставалась надежда на вечер. Вечером вода немного посветлела, солнце уже наполовину ушло за горизонт, и тогда два заброса подряд дали два удара и две последние рыбы поездки. Маленьких барракудок было всего две, бойцами они себя не показали, но зубастый характер моря подтвердили. Многие воблеры теряли часть окраски уже после первой поклевки. С железом и поверхностниками вывод получился жестким. Пилькеры летели отлично, но у автора дали ноль. Попперы и уокеры не принесли даже выходов. Мухи на бомбарде или в комплекте с пилькером тоже не сработали. Самодельная трубочка под тунца промолчала. Стоило поменять это на воблер, сразу приходила поклевка. Баллоны ловились не всегда, на воблеры всего пару дней. Резину они либо обгрызали вокруг крючка, либо откусывали целиком. Родные тройники на Ridge тунец около 500 г разгибал почти в линию, Owner того же размера дал похожий эффект, а Kosadaka по тройникам подошла лучше. Итоговый набор для этой точки автор собрал вокруг минноу 70-120 мм. На 130-140 мм у него не клюнуло ни разу, хотя изначально ставка была на крупные размеры. Глубоководники приносили только баллонов, и быстро провести их нормально не получалось. Рабочая проводка была жестким и очень быстрым твичем. Этот альбом я сохраняю как отчет не про волшебную приманку, а про точную геометрию Конаклы. Пляж дал мелководье и зацепы, короткий путь к пирсу дал риск на камнях, конец насыпи дал глубину больше 10 м, темное утро дало две крупные потери, а воблеры 70-120 оказались тем инструментом, который стабильно включал рыбу там, где пилькеры, уокеры, попперы, мухи и трубочка промолчали. ]]> Wed, 07 Nov 2018 11:05:03 MSK https://morskayarybalka.ru/photo/8327/konec-kamennoy-nasypi-konakly-i-voblery-vmesto-pilkerov/ https://morskayarybalka.ru/photo/8326/alan-pustil-spinning-na-alarachay-posle-otkaza-za-hleb/
Запрет на спиннинг я ставлю здесь первым, потому что именно он превратил обычный выезд к форелевому платнику на Аларачай в полноценную историю. Сама речка находится между Манавгатом и Аланией, а я стартовал от отеля в Конаклы. По карте все выглядело терпимо, но на месте быстро выяснилось, что расстояния там считаются не так бодро, как в номере перед выходом. Утром, примерно в семь часов, я доехал общественным автобусом до поворота на деревню Аларахан и дальше пошел пешком. Первые два километра проскочил легко. Было еще не самое пекло, впереди маячила рыбалка, а в голове держался простой план - дойти до платника, разложить тревел-спиннинг и половить форель на своей снасти. План начал ломаться, когда местные объяснили, что до Алархан-Пикника с прудиками и кафе остается еще пять-шесть километров. В этот момент энтузиазм заметно просел, но разворачиваться после уже пройденного пути было совсем глупо. Попутки и такси я принципиально не тормозил. После отельного режима с едой хотелось пройтись самому, да и полтора литра прохладной воды в рюкзаке казались достаточным запасом для упрямства. Жара быстро ушла за тридцать, одежда стала мокрой, зато дорога дала отдельный кусок впечатлений. Вдоль нее открывались хвойные рощи, горы на горизонте, обрывистые скалы, долины с обработанной землей, деревеньки и обычная сельская жизнь. Периодически через дорогу перебегала местная живность, и весь этот пешеходный подход постепенно перестал быть просто мучением ради точки на карте. До первой конечной точки я все-таки дочесал, но рыбалка там сразу уперлась не в рыбу, а в правила. Человек, отвечавший за выдачу удочек на запруженном участке, предложил за десять долларов ловить форель на поплавочную снасть и мякиш хлеба. Я пришел не за хлебной поплавочкой и начал объяснять на смеси английского, русского и жестов, что хочу ловить на спиннинг. Ответ оказался жестким - на этом участке спиннинг запрещен. Сверх путевки деньги брать не стали. Я попросил отвести меня к старшему, но начальник тоже отказал, причем не изменил решение ни за двадцать, ни за сорок долларов. Объяснение было простое - на берегу дети, места тесновато, порядок такой. После нескольких километров пешком это звучало особенно неприятно. Форель была рядом, вода была рядом, снасть была в руках, а ловить своей приманкой нельзя. Вместо того чтобы сразу уходить, я пошел осматриваться. Первая площадка оказалась не одним круглым прудом, а четырьмя или пятью длинными проточными водоемами, вытянутыми параллельно руслу. Длина каждого была примерно от тридцати до пятидесяти метров, ширина доходила до десяти-пятнадцати метров, вода подпитывалась из реки и оставалась почти такой же прохладной. Даже течение чувствовалось, пусть и слабое. В этих прудах ходили стайки форели по триста-пятьсот граммов, попадалась и более мелкая рыба. В самой реке, насколько получилось добраться по местности, явных признаков жизни я почти не нашел. Поэтому стало понятно, что день можно спасти только одним способом - найти другое место, где запрет на спиннинг не будет окончательным приговором. Выше по течению, за первым Алархан-Кафе и за забором, нашлась вторая площадка. Там меня встретил парень лет двадцати пяти по имени Алан. Он почти свободно говорил по-русски, и это сразу упростило весь разговор. Я рассказал, откуда пришел, зачем тащил снасть и почему не хочу ловить на хлеб. Когда Алан понял, что я пришел пешком от моря только ради рыбалки, он заметно удивился, предложил кофе и ненадолго ушел решать вопрос. Вернулся уже с рабочим вариантом. Ловить на спиннинг можно по обычному прайсу в десять долларов, но рыбу он заберет для кухни, а мне логично будет пообедать у них в кафе. После первого отказа это звучало не как навязывание услуги, а как нормальный выход из тупика. Я сразу заказал турецкий кофе с сахаром и к обеду ассорти из шашлыков. Пока собирался, Алан рассказал, что работает здесь в сезон, а сам родом из Азербайджана. Еще немного поговорили, и я наконец оказался у воды уже не просителем у забора, а человеком, которому разрешили ловить своей снастью. С собой был тревел Casket из четырех частей и легкая Shimano. Пруд, где мне дали место, был примерно пятьдесят на двенадцать метров, с глубинами до двух метров. Форели в нем плавало много. По дну местами ходили пресноводные крабы, а кроме меня рядом стояли три поплавочника. Компактный размер водоема сразу задавал другой темп. Шестифутовым ультралайтом весь пруд спокойно простреливался вдоль и поперек, поэтому ходить вокруг почти не требовалось. Начал я с уокеров и попперов. Поклевки, тычки и промахи пошли сразу, иногда по нескольку раз на одной проводке. После утренней дороги и запрета это было почти физическое облегчение. Рыба реагировала активно, и дальше я уже перебирал приманки без долгих пауз. Больше всего ловил на пластик, гораздо реже ставил небольшое колебло весом примерно от 1,8 до 4 граммов. Здесь не было тонкой охоты за единственным выходом крупной рыбы. Это была плотная платная форелевая ловля, где азарт сначала держится на количестве контактов, а потом постепенно уступает место желанию просто подольше поводить рыбу и не превращать все в счетчик хвостов. Первый час я честно отводил душу. Потом постоянные поклевки начали приедаться, и ловля стала спокойнее. Я специально ослаблял фрикцион, давал форели шанс на свечки, старался не форсировать вываживание и часто позволял рыбе сходить. Тех, кого все-таки доводил до берега, по возможности освобождал прямо в воде. Рыбалка продолжалась чуть больше двух часов. Рыбу, которая шла в зачет, складывали в пластиковый ящик. В итоге около двух десятков хвостов Алан забрал на кухню и напомнил про обед. Это тоже хорошо укладывалось в местные правила - я получил спиннинговую ловлю, кафе получило рыбу, а спорный утренний сценарий с хлебом остался на первой площадке. К часу дня весь день резко сменил скорость. Вместо жары, пыли, переговоров и коротких забросов я сидел в тени деревьев у прохладной речки, ел шашлык и пил холодный Efes. Большим поклонником пива я себя не считаю, но после дороги и двух часов рыбалки напиток зашел очень к месту. В этот момент стало понятно, что Аларачай запомнится не только форелью. Там сложились пеший подход от Конаклы, первый жесткий отказ, разговор с Аланом, разрешенный спиннинг, компактный пруд, крабы на дне, шашлык у воды и приятная усталость после того, как день все-таки получилось дожать. Обратно до побережья меня подвез управляющий этой Алархан-Кафешки. Дальше, как и утром, я сел на автобус и за 4,5 лиры доехал почти до отеля. По деньгам вся вылазка вместе с благодарностью Алану, чаевыми в кафе и оплатой рыбалки вышла чуть меньше тридцати долларов. Экономия сама по себе не главный смысл, но для масштаба в той же поездке рядом стояли совсем другие цены. Официальная экскурсия на Памуккале из Алании с гидом и кормежкой стоила шестьдесят пять условных единиц, уличные варианты возле отеля шли примерно от сорока до пятидесяти долларов без питания, а на троих с детским билетом получалось сто семьдесят пять условных единиц, причем две трети времени уходили на дорогу и только часа три оставались на саму экскурсию. Этот день на Аларачай оказался ценнее именно самостоятельностью. Никакого готового сценария с гидом там не было. Был автобус от Конаклы, пеший участок на жаре, лишние километры после первых двух, запрет на первом водоеме, отказ даже за дополнительные деньги, поиск второго участка и человек по имени Алан, который понял задачу и нашел решение. Если ехать туда со своей снастью, главный вывод у меня такой - надо закладывать время, воду, силы и готовность разговаривать на месте. Рыба там есть, форель на спиннинг реагирует отлично, но сама рыбалка начинается раньше первого заброса. Она начинается в тот момент, когда после фразы о запрете ты решаешь не разворачиваться и искать нормальный вариант дальше. ]]> Sat, 11 Aug 2018 11:04:55 MSK https://morskayarybalka.ru/photo/8326/alan-pustil-spinning-na-alarachay-posle-otkaza-za-hleb/