После схода льда в Чупинской губе запомнились солнце, птицы и туман

Сегодня пересматривал прошлогодние снимки Чкаловского и едва не прослезился. Приехали сразу после освобождения моря ото льда, почти в полном одиночестве: за двенадцать дней на Чупинской губе люди попались раза четыре-пять. Вспомнил тюленей, выпрашивавших рыбу, и родник на Оленьем. Такой вкусной воды я прежде не пробовал, даже не представлял, что вода бывает настолько вкусной!

С солнцем чуть с ума не сошел. Будто лампа над головой, двадцать три часа светит: ложишься при нем и просыпаешься тоже. Зато закаты и восходы чудесные. Между ними, казалось, минут десять, так что на камеру можно было сразу запечатлеть оба.

А от птиц во сне подскакивал. В деревне при мне резали свинью, вот примерно такой крик, только чуть другим тембром. Пока поняли, кто надрывается, оставшихся волос заметно убавилось! До поездки думал: шум бывает в джунглях и зоопарке, а северный лес тихий. Самонадеянный петербуржец! В лесу, может, и тихо, но на побережье птицы орали без конца. Замолкали в грозу, да в тумане, по-моему, было потише.

Туман тоже вспоминается отдельно. Первый раз накрыл нас на воде совсем неподалеку от лагеря, повезло оказаться рядом. А другой экипаж от биостанции добирался по навигатору, почти вслепую. Все равно заблудились, дважды сунулись в чужие бухты. Тогда название Белого моря почувствовали особенно хорошо. Есть что вспомнить!